AYE STORES
Достойный
- Сообщения
- 516
- Реакции
- 674
Теперь братья придумали историю, что убийцей их отца был Чавис, а вовсе не Дерек.
Дескать, мужчина заявил братьям, что хотел бы забрать их к себе насовсем, но это станет возможным лишь в случае смерти их отца.
В тот злополучный вечер, якобы, мальчишки, ранее договорившись с Рики, оставили для него входную дверь открытой, дабы тот незаметно мог попасть внутрь дома. Очутившись в гостиной, Чавис увидел Терри Кинга спящим в кресле, и обрушил на его голову металлическую биту, после чего поджег дом.
В это время, по словам мальчиков, они не находились дома, а залезли к Чавису в багажник автомобиля, где ждали завершения ситуации.
То, что первоначально они взяли вину на себя, объяснялось желанием спасти Чависа от правосудия. Якобы, он убедил ребят, что, будучи пойманным полицией, окажется за решеткой надолго, если не навсегда. А вот если вину возьмут на себя дети, то в силу малого возраста, наказание им «скостят», и они получат небольшой тюремный срок, скоро выйдя на свободу.
«Он сказал, что любит меня, а убил моего отца, дабы защитить нас», - пояснил Алекс. «И именно Чавис научил, что нам говорить полиции».
Свои измененные показания юные преступники озвучили прямо на одном из заседаний суда, чем повергли в шок и недоумение и следствие, и судью, и присяжных. Суд столкнулся с большой дилеммой - ему предстояло прямо на ходу решать, в какую из версий мальчиков, первую или вторую, стоит теперь верить.
Однако, рассказ Алекса Кинга о том, как Чавис сажал ребенка к себе на колени, учил целоваться, и угощал наркотиками, склонил многих в их пользу. Глядя на красивых мальчишек с широко открытыми глазами, любому хотелось верить в их непричастность к убийству. А, учитывая тот факт, что Рики Чавис уже осуждался за растление малолетних, вторая версия событий больше нравилась и общественности, и многим активистам. В итоге, внимание суда начало теперь склоняться в пользу обвинения Чависа в педофилии и убийстве Терри Кинга.
Любопытно, тогда в эту версию развития событий готовы были поверить практически все, кроме, как ни странно, дедушки мальчиков, преподобного Уилбура Кинга. Выступая на суде, он скажет, что любит внуков, но останется убежденным в их вине за смерть сына. С этой уверенностью он прошагает через весь судебный процесс, никогда не отступив от нее ни на шаг. Будет в подробностях описывать, как видел, что его внуки растут, увы, монстрами. Безжалостными, жестокими ко всему живому, и абсолютно испорченными. «У них мертвые глаза, я никогда в них ничего не вижу», - будет все время повторять он.
В противовес ему, неожиданно на судебных процессах в зале суда появится незнакомая Алексу и Дереку блондинка. Поинтересовавшись, кто она, Алекс Кинг услышит имя своей матери. Внезапно проникнувшись «беспокойством» по поводу судьбы некогда брошенных ею сыновей, Келли Марино явиться в Пенсаколу, где шел процесс, и начнет демонстрировать активность по защите малолетних преступников. Пожелает дать показания полиции и суду, где будет размазывать крокодильи слезы по румяным щечкам, пытаясь доказать, какие ее дети ангелы.
Однако, довольно быстро станет ясно, что вовсе не ради блага своих детей она явилась в город. Оказывается, целью этой «кукушки» была попытка получить официальную опеку над Алексом и Дереком, и незаконно «наложить лапу» на пособия по социальному обеспечению ныне покойного Терри Кинга. Ее вновь интересовала лишь выгода, а на детей ей было решительно наплевать. Напористость в достижении этой противоправной цели в итоге привела Марино за решетку. Обвиненная в мошенничестве, она не помогла своим сыновьям, а присоединилась к ним в местах лишения свободы. Чем лишний раз доказала, что в данном случае поговорка «яблочко от яблоньки падает недалеко» верна.
По делу об убийстве Терри Кинга начнется затяжной и долгий судебный процесс. В результате которого прокуроры будут обвинять Дерека и Алекса Кинга в постоянном вранье и умышленном убийстве отца. А их адвокаты - что виной всему был Рики Чавис. Обвинители окажутся успешней, и присяжные решат, что перед ними сидят малолетние убийцы, способные в своем юном возрасте совершить действие с преступным умыслом. Ведь на самом деле, ни возраст, ни раса и пол, ни эмоциональная незрелость и ограниченный опыт обвиняемого не имеют в данном случае никакого значения. Если человек способен сформировать намерение убить, ни одна из этих характеристик не должна ограждать его от правосудия. А потому во Флориде даже малолетних преступников судят по тем же законам, что и взрослых, осуждая виновного в умышленном убийстве к пожизненному сроку.
Это дело оказалось также любопытным и тем, как велось его судебное разбирательство. Рассматривая деяния трех подозреваемых, прокуроры старались привлечь к ответственности и мальчиков, и Рики Чависа. А потому, для пущей вероятности, выделили дело братьев Кингов и Чависа в отдельные судебные процессы. При этом, в каждом из них обвинители представляли суду не вполне одинаковые версии событий, в одних слушаниях называя убийцами малолетних братьев Кинг, а в других – обвиняя Рики в подстрекательстве детей к преступлению.
Первым слушалось дело Чависа, результатом которого стало его оправдание. Но, о данном судебном вердикте было запрещено сообщать участникам и присяжным по делу мальчиков.
Члены жюри, будучи уверенными, что Чавису вынесен обвинительный приговор, признают детей виновными в убийстве третьей степени (непреднамеренное убийство) и поджоге. А когда услышат, что Рики выходит на свободу, ужаснутся, и скажут, что, зная это, никогда бы не осудили подростков.
Сложившийся казус правосудия вызовет во Флориде волну протестов. Газеты содрогнутся от шока, печатая новость об оправдании 40-летнего педофила. А жители примутся писать во все инстанции, требуя оградить их от соседства с похотливым растлителем.
В этот огонь народного возмущения дровишек вновь подкинут оба юных преступника. Неожиданно Алекс примется в красках живописать, как насилуемый Чависом, вынужден был многократно заниматься с ним унизительным оральным сексом. Рики же наотрез отвергнет эти обвинения, и заявим, что лишь обнимал мальчика, но никогда не вступал с ним в подобный контакт. Дерек также поведает о предложениях Чависа заняться с ним сексом, но, правда, скажет, что до этого так никогда и не доходило.
Суду пришлось вновь созывать жюри присяжных, дабы утихомирить общественность. Но адвокаты и прокуроры обладали слишком малым набором вещественных улик и доказательств, строя свои линии по большей части на эмоциях. И тогда главный судья штата постановил прийти всем сторонам к единому соглашению, иначе оба дела будут отправлены на доследование.
14 ноября 2002 года, почти через год после убийства Терри Кинга, наконец правосудие, как ему показалось, сумело найти «золотую середину». Мальчики признали себя виновными в убийстве третьей степени и поджоге, но получили весьма незначительные тюремные сроки - Дерека приговорили к восьми годам, а Алекса – всего к семи.
В отношении Рики Чависа жюри больше не стало миндальничать, обвинив его в жестоком обращении с ребенком, подстрекательстве к убийству, и сокрытию улик преступления. Все это потянуло на 35-летний срок тюремного заключения, который для Чависа закончится не ранее 2028 года.
Это дело всколыхнет обсуждение законов, как внутри штата Флорида, так и за его пределами. Юристы и правозащитники примутся активно обсуждать, как можно в рамках одного дела судить несовершеннолетних по законам взрослых, и в тоже время осуждать Рики Чависа за растление малолетних.
По их мнению, Фемиде стоило в этом случае определиться – так кем же считать 12-13-летних мальчишек, которые способны задумать и воплотить убийство? Они уже достаточно взрослые, чтобы отвечать в полной мере за свои поступки перед законом, в том числе за лжесвидетельство? Или все же еще несформировавшиеся личности, секс с которыми является преступлением?
Да и само наказание, которое получили братья, общественность разделило на два лагеря. Одни считали, что Алекс и Дерек Кинги – дети, на становление и развитие которых тлетворно повлиял педофил. Их нельзя было сажать за решетку, а следовало предоставить психологическую помощь.
Другие были уверены, что назначенный им срок оказался слишком маленьким. Так, в частности, полагал один из полицейских, расследующих убийство Терри Кинга, детектив Килгор. Выступая на судебных слушаниях, он рассказал, что за все время разговоров и допросов, Алекс и Дерек ни разу не выказали даже намека на угрызения совести. А, напротив, вели себя уверенно, часто шутили и смеялись, а их глаза всегда оставались холодными, как лед.
«Я никогда не слышал от них слов сожаления. Тед Банди, их, кстати, тоже не произносил. Эти ребята, Алекс и Дерек Кинги, это маленькие теды банди, точно также умеющие врать и ненавидеть всех, кто им мешает. Их ангельская внешность обманчива. Она ввела в заблуждение многих».
Напарник Килгора, Джон Сандерс, поддерживал эту идею, называя братьев Кинг «очень умными детьми, которые оказались умнее всех в этом деле». По его мнению, «они обвели всех вокруг пальца, избежав обвинения в преднамеренном убийстве, и получив крошечные сроки». И эти дети «настолько страшны, что дай Бог никому из нас не стать у них на дороге».
Отбывать свой срок малолетних убийц Алекса и Дерека Кинга отправили в особое исправительное учреждение, которое предлагало своим «постояльцам» образовательную, медицинскую и психологическую программы. Там оба мальчика впервые начали получать регулярную помощь педагогов и психиатров.
Сегодня Дерек и Алекс Кинги находятся уже на свободе. Младший брат вышел из тюрьмы в 2008, старший – на год позже. Но и по сей день они никому так и не рассказали истинную причину, побудившую их к убийству отца.
Просматривая интервью с ними, создается ощущение, что мозговым центром в их тандеме всегда выступал Алекс, а Дерек был лишь исполнителем, сделавшим выбор между отцом и братом в пользу последнего.
Сомнений в их желании убить папу уже не возникает. Ведь их рассказ о том, как они выбирали орудие убийства, слишком прозрачно на это намекает. Ребенок, произносящий аргументы, что из пистолета можно промахнуться, а молоток, увы, не был найден дома, поэтому была выбрана бита, не оставляет почвы для фантазий. Да и слишком живописно Алекс Кинг в свое время описал полиции, какие хрипы издавал Терри, когда бита крошила его череп.
Выйдя на свободу уже взрослыми, 20-летние Дерек и Алекс, некогда убившие своего отца, с удовольствием раздавали прессе интервью. Они жаловались, что до сих пор не знают ничего о Facebook, и мечтают первым делом получить водительское удостоверение. Привыкшие к тотальному контролю и сторонним указаниям, они так и не научились делать что-то самостоятельно. Даже выбор зубной пасты в магазине становился для них настоящим испытанием. С матерью они встречаться не хотели, и поговаривали о желании завести свою семью. Вот только вряд ли братья Кинги знают, что это такое.
Дескать, мужчина заявил братьям, что хотел бы забрать их к себе насовсем, но это станет возможным лишь в случае смерти их отца.
В тот злополучный вечер, якобы, мальчишки, ранее договорившись с Рики, оставили для него входную дверь открытой, дабы тот незаметно мог попасть внутрь дома. Очутившись в гостиной, Чавис увидел Терри Кинга спящим в кресле, и обрушил на его голову металлическую биту, после чего поджег дом.
В это время, по словам мальчиков, они не находились дома, а залезли к Чавису в багажник автомобиля, где ждали завершения ситуации.
То, что первоначально они взяли вину на себя, объяснялось желанием спасти Чависа от правосудия. Якобы, он убедил ребят, что, будучи пойманным полицией, окажется за решеткой надолго, если не навсегда. А вот если вину возьмут на себя дети, то в силу малого возраста, наказание им «скостят», и они получат небольшой тюремный срок, скоро выйдя на свободу.
«Он сказал, что любит меня, а убил моего отца, дабы защитить нас», - пояснил Алекс. «И именно Чавис научил, что нам говорить полиции».
Свои измененные показания юные преступники озвучили прямо на одном из заседаний суда, чем повергли в шок и недоумение и следствие, и судью, и присяжных. Суд столкнулся с большой дилеммой - ему предстояло прямо на ходу решать, в какую из версий мальчиков, первую или вторую, стоит теперь верить.
Однако, рассказ Алекса Кинга о том, как Чавис сажал ребенка к себе на колени, учил целоваться, и угощал наркотиками, склонил многих в их пользу. Глядя на красивых мальчишек с широко открытыми глазами, любому хотелось верить в их непричастность к убийству. А, учитывая тот факт, что Рики Чавис уже осуждался за растление малолетних, вторая версия событий больше нравилась и общественности, и многим активистам. В итоге, внимание суда начало теперь склоняться в пользу обвинения Чависа в педофилии и убийстве Терри Кинга.
Любопытно, тогда в эту версию развития событий готовы были поверить практически все, кроме, как ни странно, дедушки мальчиков, преподобного Уилбура Кинга. Выступая на суде, он скажет, что любит внуков, но останется убежденным в их вине за смерть сына. С этой уверенностью он прошагает через весь судебный процесс, никогда не отступив от нее ни на шаг. Будет в подробностях описывать, как видел, что его внуки растут, увы, монстрами. Безжалостными, жестокими ко всему живому, и абсолютно испорченными. «У них мертвые глаза, я никогда в них ничего не вижу», - будет все время повторять он.
В противовес ему, неожиданно на судебных процессах в зале суда появится незнакомая Алексу и Дереку блондинка. Поинтересовавшись, кто она, Алекс Кинг услышит имя своей матери. Внезапно проникнувшись «беспокойством» по поводу судьбы некогда брошенных ею сыновей, Келли Марино явиться в Пенсаколу, где шел процесс, и начнет демонстрировать активность по защите малолетних преступников. Пожелает дать показания полиции и суду, где будет размазывать крокодильи слезы по румяным щечкам, пытаясь доказать, какие ее дети ангелы.
Однако, довольно быстро станет ясно, что вовсе не ради блага своих детей она явилась в город. Оказывается, целью этой «кукушки» была попытка получить официальную опеку над Алексом и Дереком, и незаконно «наложить лапу» на пособия по социальному обеспечению ныне покойного Терри Кинга. Ее вновь интересовала лишь выгода, а на детей ей было решительно наплевать. Напористость в достижении этой противоправной цели в итоге привела Марино за решетку. Обвиненная в мошенничестве, она не помогла своим сыновьям, а присоединилась к ним в местах лишения свободы. Чем лишний раз доказала, что в данном случае поговорка «яблочко от яблоньки падает недалеко» верна.
По делу об убийстве Терри Кинга начнется затяжной и долгий судебный процесс. В результате которого прокуроры будут обвинять Дерека и Алекса Кинга в постоянном вранье и умышленном убийстве отца. А их адвокаты - что виной всему был Рики Чавис. Обвинители окажутся успешней, и присяжные решат, что перед ними сидят малолетние убийцы, способные в своем юном возрасте совершить действие с преступным умыслом. Ведь на самом деле, ни возраст, ни раса и пол, ни эмоциональная незрелость и ограниченный опыт обвиняемого не имеют в данном случае никакого значения. Если человек способен сформировать намерение убить, ни одна из этих характеристик не должна ограждать его от правосудия. А потому во Флориде даже малолетних преступников судят по тем же законам, что и взрослых, осуждая виновного в умышленном убийстве к пожизненному сроку.
Это дело оказалось также любопытным и тем, как велось его судебное разбирательство. Рассматривая деяния трех подозреваемых, прокуроры старались привлечь к ответственности и мальчиков, и Рики Чависа. А потому, для пущей вероятности, выделили дело братьев Кингов и Чависа в отдельные судебные процессы. При этом, в каждом из них обвинители представляли суду не вполне одинаковые версии событий, в одних слушаниях называя убийцами малолетних братьев Кинг, а в других – обвиняя Рики в подстрекательстве детей к преступлению.
Первым слушалось дело Чависа, результатом которого стало его оправдание. Но, о данном судебном вердикте было запрещено сообщать участникам и присяжным по делу мальчиков.
Члены жюри, будучи уверенными, что Чавису вынесен обвинительный приговор, признают детей виновными в убийстве третьей степени (непреднамеренное убийство) и поджоге. А когда услышат, что Рики выходит на свободу, ужаснутся, и скажут, что, зная это, никогда бы не осудили подростков.
Сложившийся казус правосудия вызовет во Флориде волну протестов. Газеты содрогнутся от шока, печатая новость об оправдании 40-летнего педофила. А жители примутся писать во все инстанции, требуя оградить их от соседства с похотливым растлителем.
В этот огонь народного возмущения дровишек вновь подкинут оба юных преступника. Неожиданно Алекс примется в красках живописать, как насилуемый Чависом, вынужден был многократно заниматься с ним унизительным оральным сексом. Рики же наотрез отвергнет эти обвинения, и заявим, что лишь обнимал мальчика, но никогда не вступал с ним в подобный контакт. Дерек также поведает о предложениях Чависа заняться с ним сексом, но, правда, скажет, что до этого так никогда и не доходило.
Суду пришлось вновь созывать жюри присяжных, дабы утихомирить общественность. Но адвокаты и прокуроры обладали слишком малым набором вещественных улик и доказательств, строя свои линии по большей части на эмоциях. И тогда главный судья штата постановил прийти всем сторонам к единому соглашению, иначе оба дела будут отправлены на доследование.
14 ноября 2002 года, почти через год после убийства Терри Кинга, наконец правосудие, как ему показалось, сумело найти «золотую середину». Мальчики признали себя виновными в убийстве третьей степени и поджоге, но получили весьма незначительные тюремные сроки - Дерека приговорили к восьми годам, а Алекса – всего к семи.
В отношении Рики Чависа жюри больше не стало миндальничать, обвинив его в жестоком обращении с ребенком, подстрекательстве к убийству, и сокрытию улик преступления. Все это потянуло на 35-летний срок тюремного заключения, который для Чависа закончится не ранее 2028 года.
Это дело всколыхнет обсуждение законов, как внутри штата Флорида, так и за его пределами. Юристы и правозащитники примутся активно обсуждать, как можно в рамках одного дела судить несовершеннолетних по законам взрослых, и в тоже время осуждать Рики Чависа за растление малолетних.
По их мнению, Фемиде стоило в этом случае определиться – так кем же считать 12-13-летних мальчишек, которые способны задумать и воплотить убийство? Они уже достаточно взрослые, чтобы отвечать в полной мере за свои поступки перед законом, в том числе за лжесвидетельство? Или все же еще несформировавшиеся личности, секс с которыми является преступлением?
Да и само наказание, которое получили братья, общественность разделило на два лагеря. Одни считали, что Алекс и Дерек Кинги – дети, на становление и развитие которых тлетворно повлиял педофил. Их нельзя было сажать за решетку, а следовало предоставить психологическую помощь.
Другие были уверены, что назначенный им срок оказался слишком маленьким. Так, в частности, полагал один из полицейских, расследующих убийство Терри Кинга, детектив Килгор. Выступая на судебных слушаниях, он рассказал, что за все время разговоров и допросов, Алекс и Дерек ни разу не выказали даже намека на угрызения совести. А, напротив, вели себя уверенно, часто шутили и смеялись, а их глаза всегда оставались холодными, как лед.
«Я никогда не слышал от них слов сожаления. Тед Банди, их, кстати, тоже не произносил. Эти ребята, Алекс и Дерек Кинги, это маленькие теды банди, точно также умеющие врать и ненавидеть всех, кто им мешает. Их ангельская внешность обманчива. Она ввела в заблуждение многих».
Напарник Килгора, Джон Сандерс, поддерживал эту идею, называя братьев Кинг «очень умными детьми, которые оказались умнее всех в этом деле». По его мнению, «они обвели всех вокруг пальца, избежав обвинения в преднамеренном убийстве, и получив крошечные сроки». И эти дети «настолько страшны, что дай Бог никому из нас не стать у них на дороге».
Отбывать свой срок малолетних убийц Алекса и Дерека Кинга отправили в особое исправительное учреждение, которое предлагало своим «постояльцам» образовательную, медицинскую и психологическую программы. Там оба мальчика впервые начали получать регулярную помощь педагогов и психиатров.
Сегодня Дерек и Алекс Кинги находятся уже на свободе. Младший брат вышел из тюрьмы в 2008, старший – на год позже. Но и по сей день они никому так и не рассказали истинную причину, побудившую их к убийству отца.
Просматривая интервью с ними, создается ощущение, что мозговым центром в их тандеме всегда выступал Алекс, а Дерек был лишь исполнителем, сделавшим выбор между отцом и братом в пользу последнего.
Сомнений в их желании убить папу уже не возникает. Ведь их рассказ о том, как они выбирали орудие убийства, слишком прозрачно на это намекает. Ребенок, произносящий аргументы, что из пистолета можно промахнуться, а молоток, увы, не был найден дома, поэтому была выбрана бита, не оставляет почвы для фантазий. Да и слишком живописно Алекс Кинг в свое время описал полиции, какие хрипы издавал Терри, когда бита крошила его череп.
Выйдя на свободу уже взрослыми, 20-летние Дерек и Алекс, некогда убившие своего отца, с удовольствием раздавали прессе интервью. Они жаловались, что до сих пор не знают ничего о Facebook, и мечтают первым делом получить водительское удостоверение. Привыкшие к тотальному контролю и сторонним указаниям, они так и не научились делать что-то самостоятельно. Даже выбор зубной пасты в магазине становился для них настоящим испытанием. С матерью они встречаться не хотели, и поговаривали о желании завести свою семью. Вот только вряд ли братья Кинги знают, что это такое.
